Дж.Эф

.

Что-то всё нихуя не шоколадно, не сладенько и не фиолетово.
Попал под ливень зачем-то, мокрый до нитки, сходил, блядь, за водочой.
Разбил окно в комнатной двери, что-то ещё начудил на кухне.
Не, бля, не на месте душа, охота буянить и что-то там решать.
Хоть бы бокс дали по телеку, или фильму какую в компьютер. Чтоб про войну.
А то порнушка поднадоела, что-то, да-с.
Мир скучен, увы.
Всё вечно, верьте, бро.

 
И только сквозь мускатное столовое, чтоб не так блевать тянуло, и мороженкой холодной "Митя", после жадного похмельного глодка беленькой из горла прямо, зажевать чуть, один кусманчик только, больше не надо. Так и живёшь, удивляясь, пожалуй, только розовым облачкам в сером питерском небе. А где-то +30*С (мне реально люди рассказывали, им можно верить), и с человеков сползает кожа, а в силу присутствия данных индивидов в Европах, у них нет даже нормального кефира, чтоб подлечить. Дикие буржуа.

Суровый капитализм проявляется в отсутствии кефира, и не трещите мне в мозг про изобилие лактобактерий в йогуртах. Не то всё, солнечные ожоги лечаться только кефиром из стеклянных бутылочек, которые потом мыли "ёршиком" и сдавали за деньги, а на те деньги (за угол направо и по лесенке вверх к Гастроному) покупали разбавленное водою, но не потерявшее свой настоящий вкус пиво "Жигулёвское". Кто посообразительней, брал с собой два рубля и канистру из пластика, а при отсутствии оной - дюральаллюминивый бидон. И кружки ещё были: 0,33 и 0,5. И объявление - "требуйте отстоя пены". 

 
рефреном: назло врагам, ога, живы будем, не помрём...

Да. Снова, благодаря отечественной медицине, вернулся в мир живущих в этом не лучшем из миров.
Тяну по-маленьку, несмотря на пожелания недоброжелателей. Отдельная благогдарность тем, кто на словах в трубе, буквами в ICQ и прочими возможностями коннекта человеков, выражал своё беспокойство обо мне грешном. Достойно и, правда, поддерживает. Уважуха вам, братья и сёстры! Значит, не зря копчу небесный свод и обьективную реальность дешёвыми сигаретами, перегаром и текстами своими бесталантными. Благо дарю, от всей своей никчёмной души, коя, как говорят теософы, есть у каждого, и даже у меня, да-с.

Если совсем коротко - я снова вернулся. Надолго ли? Сколько мне ещё отмерено? Того знать не хочу.
Отчёт чуть позже, сейчас в себя прихожу, осваиваюсь в реале и виртуале. Вон, говорят, Майкл Джексон помер, а я и не в курсе.

А я выжил. Опять. Я везучий. Буду думать - зачем, для чего и ради кого. Много буду думать. Но отчёты не заставят себя ждать, верьте. Хотя, особого позитива и не обещаю, так - заметки на полях и пару-тройку фотоизображений.

ЗЫ: Перечитайте Достоевского, он тяжёл, но гениален.
       Мир вам.
      Да прибудет с вами Сила.

А кто-нибудь это помнит? Ведь был отжиг. Ностальгия что-то у меня. Старею?
А когда я пел эту песню под гитару на озере у костра на даче все девки рыдали.
Кто понимает, наслаждайтесь:

 
  Всё решает одна ночь, одна сигарета, пару слов или же неловкое молчание в звенящей тёмной тишине. Никто никогда не простит, не поймёт, ты и сам разрываешься между строками, звуками, мыслями и пустыми бутылками под журнальным столом на колёсиках. Неупорядоченное, лишнее, ненужное. Ты беспокоен до дрожания рук, до головной боли, когда будто кто-то кричит изнутри тебя, бьётся сумасшедшей бабочкой в черепной коробке. Вещества уже не глушат отзвуки эха твоих страхов и надежд. И когда приходит время вставать и штурмовать призрачные стены бытия, уже нет сил, уже поздно, уже не ходят троллейбусы, закрыто метро и спят утомлённые рикши и пьяные городовые. Забываешься липким сном только на рассвете, в голове джазовая импровизация бессмысленных нот, за окном гул просыпающегося Города, в холодильнике внутренний вакуум, а модем подмигивает индикатором PC Active, продолжая скачивать твою жизнь со скоростью 224,4 кб/с.

  Она старательно выдувает сигаретный дым в открытую балконную дверь, но звуками улиц его заносит обратно и тянет куда-то в неизведанные глубины коридора с потёртыми на углах обоями. В левой руке бутылка «Петровского»  и «Marlboro ultra», в правой какая-то книжка из моей библиотеки, указательным пальцем заложена страница.

-Дж.Эф, почему люди всегда думают, что они несчастны?
-Не все и не всегда, наверное. Где-то есть и счастливые. Кто-то сейчас женится, кто-то выиграл в лотерею, у кого-то только что родился сын, кто-то выздоровел после долгой болезни.
-Но ведь это всё сиюминутно, потом останутся лишь воспоминания и грусть о том, что когда-то было, но давно прошло, а вот сейчас всё снова плохо.
-Человеку свойственно недовольство моментом, он всегда к чему-то стремится, ему всегда мало и не хватает.

  Тяну сигарету из пачки, щёлкаю бензином зажигалки, вздыхаю дымом. Она ставит неудобные вопросы, как-то по-детски вроде, но от её вопросов у меня бессонница. Или это опять предчувствие белых ночей и растворяется во мне зима с её злобным телевизионным Санта-Клаусом. Пью сок прямо из пакета, сверху вилкой пробиты отверстия для воздуха, она аккуратно складывает пустое в пакет с надписью, из другого достаёт себе запотевшее. А голуби внизу клюют камушки, через пару часов солнце задвинется за девятиэтажку, мы пройдёмся по парку ещё за одним пакетом с надписью и мясом на ужин, а я снова буду лежать без сна и смотреть как на китайском будильнике зелёные электронные цифры отсчитывают минуты нашего будущего, превращая его в прошлое.

 
"на себе прочувствовал кризис:
 вино пью старое, сыр ем с плесенью и машина у меня без крыши" (с)

 
Мягкой поступью, тихим шёпотом. Искрящейся лёгкой пылью в коридоре солнечного света сквозь плотные шторы на окне. Дыханием запаха черёмухи с балкона и жареной корюшки. Первая электричка в мае, холодные угли с утра, мясо греть только на сковороде теперь, магазины тут открывают в десять, для меня в полдевятого. Я посадил дерево. Ломит зубы от колодезной кристальной воды, сквозь прошлогоднюю рыжую хвою уже пробивается газонная трава, просыпаются муравьи. Скоро будет мне ещё одно лето.

Как раненная птица в шторм над океаном, словно сбившийся с курса альбатрос. Смешными закорючками буквы на мониторе, мягкий стук клавиатуры, дым из пепельницы, приглушённый телевизор за спиной. Тишина пустоты, одиночество таракана, только входящие. Чай, чай, чай.  Что-то окружает, оно всё больше и больше, растёт, это не вытравливается даже спиртом, как весеннее обострение у шизофреника, как навязчивая мелодия сквозь сон, голоса. Деревья за мутным кухонным окном царапают ветвями серое северное небо, рвут тучи, шелестят о чём-то листьями на ветру. Выйти отсюда, то ли бежать, то ли сесть на поезд и ехать, покуривая в тамбуре с фляжкой. Бесконечность текущего момента, иллюзия присутствия здесь и сейчас, мир соткан из невозможностей. Вокруг только стены.

 «Скоро будет солнечно. Скоро будет ласково.» (с) СПЛИН

 
В Город вернулись тучи и холодный ветер, отпустило праздничное недельное похмелье весны, тепла и первых дачных шашлыков, гражданки снова натянули джинсы с начёсом. Вода в Реке опять медленно лижет холодный гранит и уже не умиляет туристов бликами на солнце и отражением знаменитой архитектуры. Всё напоминает осень, как будто лето уже прошло, снова греешь руки над пельменями и закрываешь форточки. Но радует, что всё таки выжил назло кому то, могло быть по-другому и совсем вовсе иначе оно могло быть. Поэтому дышишь, ходишь, смотришь с удивлением на зелёные деревья, ты помнишь их ещё совсем зимними, и понимаешь, что ты всё ещё тут.

 
Через край пепельницы, разлилось по столу, крошки. Дым слоями в лучах балконного солнца, лук кружочками. Постепенно. Стакан с отколотыми краями, размять пальцами. Беснуются головы в телевизоре, спят на карнизе голуби, вторая в заморозке. Реклама вселяет, всё будет ровно. Уже земля пахнет, уже скоро, в квас нельзя лёд. Крыши, переулки, наискосок по льду путь срезать. И спать побольше.

UPD: для тех, кто не знает, кто такой рэпер Сява ОБЯЗАТЕЛЬНО СНАЧАЛА
прослушать его бессмертное произведение с Ютуба  "Бодрячком пацанчики",
а то будет не интересно и не понятно. Я думал, все в теме...
Например тут:http://www.youtube.com/watch?v=o5159imju2Q

Однажды лавируя в потоке сограждан по Невскому проспекту в сторону Апрашки, Утюг случайно задел крутым плечом субтильную девушку с косой волос из головы и даже в очках. Девушка сказала «ой!», уронила-поймала на лету очки и наступила демисезонными сапожками в грязную лужу. Утюг извинился, так как был, несмотря на профессию, предельно корректен с окружающими, угостил мороженкой, стрельнул телефончик и умчался по Сенной на деловую встречу с чеченцами, объяснять им все перспективы безнадёжной попытки развести на зелёную сумму подконтрольного Валере бизнесмена-челнока.

Расслабляясь после переговоров с представителями горного Кавказа в банях на Лиговском, Валера сообщил братве, что срочно решил жениться на этой студентке филологического и по-военному кратко обрисовал задачу: «нужен смокинг». Про смокинги Утюг знал из  «Крёстного отца», который был звездой его видео- коллекции и просматривался с не меньшей регулярностью, чем «Греческая смоковница». А смокинги тогда были только на видео-кассетах, в реальности их не существовало для граждан в принципе, даже для таких предприимчивых, как Утюг.

Решено было подтянуть к решению «Проблемы Смокинга» парнишку из дружественной команды с погонялом Ля Шене, у которого по слухам был знакомый портной-еврей из Одессы. Ля Шене был знаменит в среде питерской братвы образца 90-х аккуратностью в выборе гардероба и полным неприятием уставной формы одежды – категорически  не носил турецкие «пропитки», кроссовки и спортивные штаны. С его подачи в моду у пацанов вошли шарфы с загадочным названием «кашне», ещё говорили, что его папа советский дипломат и сейчас где-то в Африке помогает неграм строить коммунизм. Впрочем, злые языки шептали, что отец Ля Шене вовсе не дипломат, а небезызвестный авторитетный щипач с Галёры Витя-Пианист. И что, мол, в Африке его быть не может, так как он несколько севернее сейчас, а именно в Усть-Ижменском лагере строгого режима.Не откладывая, в баню вызвали самого Ля Шене, напоили коньяком, Сёма-банщик пропарил его от души можжевеловым веничком и под это дело уговорили связаться с одесским портным.

На следующий день состоялась эпическая встреча Утюга и дяди Яши. Дядя Яша никогда не шил костюмов и уж тем более смогингов на столь внушительные габариты, но он был профессионал, видел Сталина живым и вообще, поэтому он что-то пробурчал в крючковатый нос на идише, снял мерку и через неделю смокинг был.

Идиллию нарушила наша знакомая мамка с Прибалтийской, Тоня-Три беды.Однажды, встретив на каких то очередных шашлыках Утюга под ручку с невестой, она поинтересовалась у кого-то зачем, собственно, Валера вызвонил себе такую дорогую штучку из эскорт-услуг, если её девочки ничуть не хуже. В Тоне говорила профессиональная гордость. До Утюга дошли слухи и вообще в целом дошло, а смокинг он потом одевал часто, пригодился на начавшихся к тому времени презентациях и фуршетах, где он исполнял роль куратора от папы, на визитке которого значилось «Специалист по решению вопросов».

 
И мор будет от болезни неизвестной, и голод на полмира. Женщина в белом сядет на трон и будет за тем война морская. Родится новая мировая религия, а годом раньше к звёздам отправят корабль. Это будет в осень, а о следующую за ней зиму снега совсем не будет.

( Вы собираетесь смотреть страницы, которые могут быть предназначены только для взрослых. )

буквы.

пока на этом всё.
ЗЫ: Ася, не сердись. Я не со зла.

 Она сидит на краешке стола и болтает ногами в такт музыке из открытого по случаю первого солнца окна. Идеально по фигуре джинса, чёрный топ, волнами струящиеся по плечам волосы, на правой развязался шнурок. Я щурюсь от непривычного света, курю и булькаю минералкой.
-Дж.Эф, давай уедем?
-Куда, Лана?
-Не знаю. Далеко-далеко, где нет злых людей, предательства и много солнца.
-Так не бывает, я в это не верю.
-Надо во что-то верить, мне без этого страшно. Тебе не страшно, что ты не веришь?
-Не знаю, Лана. Наверное, я слишком многое знаю и о многом думаю. Трудно быть осведомлённым и мыслящим идиотом. Хочешь, пойдём есть мороженное?
-Нет, лучше скажи мне – ты счастливый?
-Это ещё труднее. Точно, что не несчастный, я стараюсь радоваться каждому моменту, не загоняясь на вселенское счастье в абсолюте. С тобой то что?
-Я устала, Дж.Эф. Я боюсь и ненавижу людей. Чем больше я их узнаю, тем больше боюсь и больше ненавижу. Себя и их: себя - за то, что боюсь, их - за этот страх. Тебя вот боюсь, потому что ты меня понимаешь, мне кажется, ты знаешь меня лучше, чем я сама.
-Ну, хочешь, купим всего и напьёмся?
-Тебе нельзя…
-Ну, да. То есть ты напьёшься, а я буду тебя жалеть.
-Одна не буду и с тобой не буду – нельзя.
-Тогда давай уедем, Лана.
-Куда, Дж.Эф?
-Далеко-далеко, где нет злых людей, предательства и много солнца.

Вы открываете окно. Уличный ветер сдувает прошлогоднюю пыль с подоконника, папиросный дым уносит в коридор, от резких звуков проходящего троллейбуса кошка метнётся под диван. Мёртвые тушки мух между оконными рамами, немного сигаретного пепла, кусочки рыжего паралона. Вы впустите сырой свежий воздух, пахнущий детством, хвоёй, свежим пивом, морской солью, грозой, всем тем, что только для вас. И этот жестяной козырёк, по которому так усыпляющее мерно и мягко стучал прошлой осенью дождь, когда вы уже были под одеялом и батареи наконец-то затопили, а на будильнике было тогда 22.45. А тут вот окно сейчас открыли и дышите, и вроде как ничего так себе, протащились через зиму, и кошка уже не боится - усы показала из-под дивана. И ничего, что стёкла грязные, просто очень важно, что вы всё ещё можете открыть своё окно. Это уже не мало.